Живее всех живых

Живее всех живых

Когда президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, размышляя о роли Евразийского Союза в своей статье, опубликованной в газете «Известия», попытался успокоить недовольных националистов своим твердым убеждением, что никакой «реставрации» или «реинкарнации» СССР нет и не будет, он, конечно же, был искренен. В том смысле, что ни в Акорде, ни в Кремле, скорее всего,  никто всерьез не размышляет о возможности воссоздания советской системы в ее первозданном виде, в  тех географических рамках, в которых она существовала. И на самом деле: реинкарнация СССР вряд ли возможна просто потому, что если верить буддийской теории перерождения, она, то есть реинкарнация, происходит только после смерти; что же касается проекта СССР, то уверенно сказать, что он умер, сегодня нельзя.

По прошествии двух с лишним десятилетий избавиться от совкового мышления и фантомных болей из-за краха «великой империи» не могут миллионы обычных людей.  Однако в первую очередь от советского духа не могут избавиться те, кто наделен властью и полномочиями. Поэтому “совок” все еще живее всех живых. Как оказалось, предоставление нации права на самоопределение еще не есть гарантия того, что страна пойдет по цивилизованному демократическому пути развития. Пример СССР – яркое тому доказательство. Все произошло, как в известной истине, что можно вывезти девушку из Барнаула, но Барнаул из девушки - никогда. Так  вот: все мы, выйдя из советской шинели, никак не можем расстаться с призраками прошлого.

«Грехи наши настигли нас», - говорится в писании. Спустя 20 лет грехи коммунистического прошлого по-прежнему отравляют наше сознание и не дают начать строительство другого, нового, поистине демократического государства. Доказательств этому - немало. Ни одна из постсоветских республик, за исключением прибалтийских (а они еще в составе СССР были не такими, как все), не избрала для себя демократические ценности и уважение прав человека как вектор для развития. В своих воспоминаниях об СССР Иосиф Бродский писал: самое страшное, что было в стране советов, - это небывалое пренебрежение человека человеком.

Система разрушилась, но разве подобные отношения между людьми изменилось? Конечно, сегодня советская система мимикрировала под более подходящие для наших опереточных времен формы. Никто не будет считать, сколько иномарок у вас во дворе, если вы не перешли дорогу нужным людям, никто не потребует от вас верно служить коммунистическим идеалам и носить красный галстук. Но это только видимая часть, а внутри система лишь воспроизводит саму себя. Даже разъезжая на дорогих иномарках, купаясь в золоте и производя шопинг в лучших бутиках Европы, наша элита по-прежнему насквозь остается советской, потому что дорогие шмотки и парфюм - еще не гарантия того, что в тебе не сидит ген рабства и приспособленчества, тот самый, что так упорно воспитывала КПСС.

Крах СССР не стал фундаментом для нового постсоветского мира, и более того: на его руинах появились такие экземпляры, что советская система могла бы показаться раем. Ведь мало кто в период горбачевской перестройки думал, что в далекой Туркмении сразу же появится первый вечный «демократически» избранный президент-небожитель, которому поставят памятник  из чистого золота еще при жизни. Что его «гениальное» творение будут изучать с неменьшим рвением, чем труды Ким Ир Сена или «Малую землю» Леонида Брежнева. В другой бывшей советской республике появится современный Гулаг, по образцу концентрационных лагерей, где людей будут варить заживо. Когда в 1986 году на советские экраны вышел фильм Тенгиза Абуладзе «Покаяние», все были уверены, что вот он: момент  истины, катарсис.

Великий грузинский режиссер совместил в образе диктатора Варлама Аравидзе  черты  Гитлера,  Муссолини,  Сталина и Берии и наконец похоронил этот коллективный образ прошлого. Тогда казалась, что мы все хороним советскую мумию. «Зачем нужна дорога, если она не ведет к храму?», - этот вопрос,  заданный в фильме, так и повис в воздухе. Так к чему нас привела постсоветская дорога, произошло ли покаяние? Неужели она нас привела именно в тот самый храм, где звучал панк-молебен Pussy Riot, в храм, где срослись религия и государство, туда, где главное духовное лицо союзного государства носит часы за 30 тысяч долларов и неумело ретуширует их на снимке в Интернете. Видимо, эта дорога нас все-таки никуда не привела, потому что никакого реального покаяния и осмысления ужасов советской системы на всем постсоветском пространстве так и не произошло.

Мумию СССР вновь выкопали из могилы, и это повторяется изо дня в день. Именно поэтому сегодня мало кого может удивить новость о том, что Волгограду хотят вернуть прежнее название Сталинград. У этой идеи оказывается немало поклонников, причем и в среде молодежи: ей настойчиво внушают, что только диктат и сильная  властная рука способны справиться с этими безумными постсоветскими народами. Ужас, пожалуй, заключается  именно в том, что гнойное советское дерево пустило свои корни глубоко, и даже те, кто родился после формального крушения системы, уверены, что она была величественной и ее порядки необходимо вновь воссоздать. Хотя, если присмотреться повнимательнее, то ничего воссоздавать и не нужно, все и так живо.

Коллективные процессы над  инакомыслящими никуда не ушли; если раньше за творчество судили литератора Бродского и Синявского, то сегодня в соседнем государстве судят фотографов за фотографии, журналистов за слова, да и можно такие примеры найти и у себя. В свое время Александр Солженицын убежал от советской системы сначала в Германию, потом в США, от постсоветских систем тоже бегут, в ту же Германию и США, а заодно и во  Францию, Чехию, туда, где не пахнет совком. Бегут и спасаются.

Когда Виктор Черномырдин говорил о том, что любое постсоветское строительство производит на свет КПСС, он прекрасно понимал что, убив дракона, так и не удалось уничтожить все его головы. Может быть, поэтому сегодня мы все - постсоветские братья: Казахстан, Узбекистан, Таджикистан, Туркменистан, Украина, Белоруссия, Азербайджан и Россия так друг на друга похожи.  Путешествуя по этим государствам, трудно отыскать 10 отличий.

Везде полное пренебрежение людьми, ненависть к поступкам, чинопочитание и лизоблюдство перемешано с фанатизмом властей по перекрытию кислорода и воздуха свободы, везде коллективный портрет чиновника, конечно же, уже не в малиновом пиджаке, но столь же развязного и быдловатого, как авторитет периода лихих девяностых. Мы не смогли убить в себе совок, он победил. Этот червь презрения к личности и к свободе оказался сильнее веры в то, что перемены возможны. Так что реинкарнировать  особо нечему, СССР жил, СССР жив и видимо СССР еще долгое время будет жить, другое дело, что когда дракон будет побежден, и все его головы уничтожены, нам все-таки придется учиться жить по-другому и строить новое будущее. Это будет мучительно и больно, так как каждый день, пока дракон жив мы все больше погружаемся в глубокое болото.   

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики