«Не верую, ибо абсурдно»

Редакционная статья

«Не верую, ибо абсурдно»

«Pluralitas non est ponenda sine necessitate (Не следует привлекать новые сущности без самой крайней на то необходимости)», — утверждал английский философ-номиналист XIV века Уильям Оккам. В упрощенном изложении его тезис, получивший известность как «бритва Оккама», означает: «Самое простое объяснение — самое верное». В семантической паре со средневековой идет современная «бритва» — Хэнлона, срезающая грозди конспирологических концепций там, где все может объяснить обыкновенная глупость.

Однако есть ситуации, когда простое объяснение, даже если оно и верно, не может удовлетворить. Это относится ко всем последним крупным ЧП в Казахстане, начиная от прорыва дамбы в Кызылагаше в 2010 году до прошлогодних летне-осенних терактов по всей стране и майского землетрясения в Алматы, событий в Жанаозене в декабре и нынешней арканкергенской трагедии. Объяснения во всех случаях давались самые простые, что при наличии многих известных косвенных контраргументов и контрверсий приводило к недоверию к официальной позиции среди большого числа населения.

То же самое происходит с расследованием инцидента на границе. С одной стороны, следственные органы пока представляют не только самое логически простое объяснение инцидента, но и облекают в форму, которую иначе как убогой не назовешь: как будто специально версия следствия (единственная стройная) подается так, чтобы вызвать сомнения. Например, в опубликованной записи ответы подозреваемого в убийстве пограничников рядового Владислава Челаха на вопросы следователя звучат как повторение заученного текста процессуальных документов, нет ясности с мотивом преступления, что признают и сами следователи. Да и вера в то, что признание — царица доказательств, уже лет 80 как подорвана.

С другой стороны, оказалось, что казахстанское общество не обращает внимания на доказательную базу, оно просто не верит версии следствия, как можно не верить в космогоническую концепцию: выяснилось, что у журналистов, маркетологов и сисадминов есть свои «сверхпрофессиональные» представления о том, как можно убивать 15 человек. Впрочем, это не должно смущать: такие же представления у нас есть по всем спекулятивным темам — от истории до религии. Да, мы привыкли видеть жестокого убийцу в татуированном качке, бородаче с подвернутыми штанинами, коррумпированном слащавом чиновнике, но не готовы представить, что это может быть 19-летний пацан. На психологическом уровне не готовы. Вне зависимости от того, он в действительности убийца или нет.

Один из собеседников «ЭК» предположил, что если бы общественности была предоставлена даже пленка с записью того, как рядовой Челах расстреливает своих сослуживцев — и это бы не убедило большинство. В том случае, если бы его сразу признали жертвой, а не виновным, то в соцсетях и на форумах возобладало бы мнение, что рядового Челаха по каким-то причинам выгораживают.

Причины подобного диссонанса могут быть различными (общественное мнение у нас формируется далеко не всегда людьми корректными и грамотными), но все они относятся к компетенциям власти: ее лукавости, непоследовательности, непрофессионализму. Потому что именно власть, контролируя мощный информационно-аналитический аппарат, не способна вовремя рассказать, расследовать, объяснить, научить и посоветовать.

Как результат, доверие к власти падает. Ей не верят ни в общем и малоинтересном обывателю (участие в интеграционных процессах, реализация госпрограмм), ни в частном, важном для всякого гражданина (выборы, законодательство, социальная политика, безопасность). Если первое угрожает государственной системе косвенно, то второе — напрямую. Причем серия ЧП последних трех лет обозначает общий тренд потери властью легитимности: в мыслях большинства нет идей о свержении режима, но и доверия ему все меньше. С каждым следующим случаем госорганы в обществе все меньше воспринимаются всерьез. Этот обвал доверия, вероятно, еще будет подсчитан социологами, но, по ощущениям, с каждым новым громким инцидентом чувство недоверия растет в геометрической прогрессии: если в ситуации с Жанаозеном около 50 процентов форумчан разделяли позицию власти, то сейчас власти верит лишь 1 из 10.

Но обратим ли сам процесс, каким может быть его результат и если дело идет к кризису, то когда настанет точка бифуркации? На эти вопросы ответов пока нет. Понятно лишь то, что с каждым новым экстренным случаем мы отходим все дальше от эволюционного сценария развития страны.