Ключи к белку

Казахстанский ученый Таттым Шайкенов работает в Медицинском центре Техаса. В процессе исследований ему удалось вывести белок в чистом виде, что позволяет в конечном итоге выявить причины многих болезней - от ожирения до раковых заболеваний

Ключи к белку

Техас известен своим космическим центром NASA, нефтяной столицей Америки городом Хьюстоном и Медицинским центром, который находится также в Хьюстоне и является самым крупным в мире. Здесь живут и работают ученые и медики из разных стран.
Таттым Шайкенов

Медицинский центр представляет собой огромную территорию, своеобразный город в городе. Всего в нем разместились 42 учреждения: 13 больниц, две крупные медицинские школы, три школы для среднего медицинского персонала, школа общественного здравоохранения, свои магазины, кафе и даже пятизвездочные гостиницы для родственников пациентов. Каждый день Медицинский центр принимает свыше 100 тыс. посетителей, за год их число доходит до 4,5 млн человек, годовой бюджет свыше 25 млрд долларов.

Ученый из Казахстана Таттым Шайкенов работает в Бэйлор-колледже, который является научным центром Техасского Медицинского центра. О своем сотрудничестве с колледжем и о своих впечатлениях о американской и зарубежной науке он поделился с нами при встрече.

- Расскажите, пожалуйста, немного о Бэйлор-колледже.

- Колледж готовит врачей - докторов медицины (MD) и ученых - докторов философии (PhD) и входит в число семи лучших медицинских школ США. Если учесть, что годовой бюджет колледжа приближается к 1 млрд долларов, Бэйлор может себе позволить планировать весьма широкий спектр исследований современных проблем медицины и биологии. Долгое время колледж возглавлял доктор Майкл Дебейки, знаменитый кардиохирург, проводивший операцию по коронарному шунтированию Борису Ельцину. Дебейки до сих пор является почетным канцлером колледжа.

- Много ли сотрудников из постсоветских стран работают в Медцентре Хьюстона?

- Точное количество назвать не могу, где-то несколько десятков человек. У нас работают ученые из разных республик СНГ - Армении, России, Украины и т.д. Вообще нужно отметить, что в нашем центре большинство ученых являются иностранными гражданами, работающими по контракту. В одной только моей лаборатории работают ученые из Китая, Южной Кореи, Индии, Испании. Коренных американцев в Бэйлоре - не более половины сотрудников. О чем это говорит? Америка собрала у себя лучших ученых мира, обеспечив им все условия для жизни. Поэтому медицина здесь развивается очень быстро, каждые два-три года - новые открытия. Подобное в Казахстане считалось бы большим событием. Здесь же не обращают внимания на достигнутый результат, не расслабляются, продолжают исследования.

- Чем занимается ваша лаборатория и каков ваш личный вклад?

- Наша лаборатория занимается изучением липидного обмена животных и человека и является одним из лидеров в этой области. Д-р Вакил, глава нашей лаборатории, - один из основоположников этой науки. Важность данной проблемы заключается в том, что в развитых странах, и в США в особенности, наблюдается тенденция избыточного веса населения. В Америке количество тучных людей достигает 50%. По статистике, в США от ожирения умирают столько же людей, сколько от курения. Причина в том, что ожирение тесно связано с сердечно-сосудистыми заболеваниями и диабетом. В нашей лаборатории путем генной манипуляции проведен эксперимент на подопытных мышах, которые не набирают вес, даже если их усиленно кормить высококалорийными продуктами. У этих мышей практически не развивается диабет. Но это так называемая практическая сторона нашего дела. В теоретическом же плане жиры и липиды наравне с белками являются структурными элементами клетки. Липиды составляют мембранные компоненты клеток. Доктор Вакил почти полвека назад первым показал, как происходит синтез этих биологически важных соединений. С тех пор возглавляемый им коллектив непосредственно участвовал в решении ряда важных проблем липидного обмена, включая расшифровки генов, ответственных за синтез ферментов липидного обмена. Перед моим приходом у лаборатории стояла задача получения этих белков в больших количествах путем генной манипуляции. Над решением этой проблемы они работали несколько лет. Эти ферменты создавали проблему из-за очень большого молекулярного веса. Я рад, что помог им решить данную задачу.

- Чего вы добьетесь, получив белок в чистом виде?

- До середины 80-х годов прошлого века биохимия белков и ферментов за редкими исключениями являлась трудоемким делом из-за сложности их выделения с живых организмов. С появлением генно-инженерных методов получение в чистом виде известных белков и поиск новых заметно упростились и ускорились, хотя имеется еще много нерешенных проблем. При этом появилась возможность получения белков в больших количествах, что создало условия для изучения их детальных структур с помощью рентгеноструктурного анализа либо электронного микроскопа. Ученые, зная молекулярную структуру белков, могут предсказать, как тот или иной белок или фермент работает, регулируется и взаимодействует с другими компонентами клетки. В свою очередь, на основе молекулярных взаимодействий компонентов клеток между собой можно предсказать поведение клетки в целом. Таким образом, на современном этапе ученые вплотную подошли к объяснению поведения клетки на молекулярном уровне. Поскольку все наши болезни в конечном счете определяются нарушениями на молекулярном уровне, выяснение структуры белков имеет очень важное значение как для биологии, так и для медицины. Зная, как устроены ферменты синтеза липидов, эти гигантские молекулярные машины, я думаю, можно найти ключи для решения многих медико-биологических задач, в том числе таких, как причины ожирения и возникновения рака.

- Каковы ваши впечатления от зарубежной науки, в частности в той области, в которой вы работаете, и чем она отличается от казахстанской науки?

- Последние достижения биохимии и молекулярной биологии осуществили такой переворот в области биологии и медицины, что из науки они превратились во всемирную индустрию. Один наглядный пример. В начале прошлого века во всем мире насчитывалось всего 5 тыс. физиков, а биохимиков было так мало, что их даже никто не считал. А сейчас в одном нашем отделе Бэйлор-колледжа работают 300 специалистов по биохимии. Таких отделов по всей Америке десятки тысяч. Это говорит о том, что имеется большой спрос на специалистов в этих областях по всему миру. Представьте себе, что эта большая армия ученых со всего света соревнуется между собой с целью достичь определенных успехов и опередить конкурентов. При этом достижения одних ученых создают новые направления другим. Соответственно ускоряется работа и получение результатов. По сути, эти динамические процессы являются в высшей степени соревновательными. Необходимо отметить, что конкуренция между научными коллективами достаточно корректная. Время от времени она переходит в прямое сотрудничество и является дополнением результатов друг друга. Соревновательность - это основная движущая сила прогресса науки во всем мире. И она, пожалуй, является самым главным отличием зарубежной науки от казахстанской. Честная и конкурентная борьба и, соответственно, высокие результаты в достижении поставленной цели.

- Какими методами, на ваш взгляд, можно повысить конкурентоспособность казахстанских ученых?

- Наука в Казахстане, и в особенности такая экспериментальная наука, как биохимия, не может развиваться в отрыве от всемирных достижений. Поэтому казахстанские ученые должны включиться во всемирную соревновательную среду науки. Иначе наша наука перестает быть наукой. В Казахстане имеется ряд ученых, которые работают по мировым стандартам в области биохимии. Их можно легко "вычислить". Это те, кто публиковался в западных научных журналах последние пять лет. Например, Зерекбай Аликулов, который имеет не один десяток зарубежных публикаций. Он давно создает реальную конкуренцию в мировой науке. Он, возможно, не имеет академических титулов, но он реально продвигает казахстанскую науку вперед. И поддерживая таких ученых, как Аликулов, можно повысить конкурентоспособность и эффективность нашей науки. Другой вариант повышения конкурентоспособности нашей науки - посылать за рубеж молодых ученых, защитивших докторскую степень, на пару лет стажировки, частично оплачивая их работу. Отправка на зарубежную стажировку молодых ученых не менее важна, чем студентов на учебу. Они, как более подготовленные люди, ознакомившись с современной технологией и научной мыслью, смогут в будущем создать технологическую базу в стране. Данная практика широко распространена в мире. Например, в нашей лаборатории работает доктор Ван из Южной Кореи. Его заработок частично оплачивается его государством. По истечении двух лет он обязан вернуться на родину, так как обучался по правительственному гранту Южной Кореи. Впрочем, во времена Советского Союза многие казахстанские ученые стажировались в Москве и других ведущих научных центрах Союза. В свое время академик М. А. Айтхожин сильно поощрял стажировки казахстанских молодых ученых в Россию и тем самым поднял биологическую науку в Казахстане на качественный уровень.

Кроме того, реформа науки и образования с введением одноразовой защиты вместо двух - степени РhD - тоже способствует прогрессу науки. Для того чтобы соответствовать PhD-стандарту, соискателю необходимо опубликовать хотя бы одну статью в весомых научных журналах мира. Такое требование повысит конкурентоспособность нашей науки. Кроме того, при таком высоком требовании резко сократится число желающих выдавать не имеющие значения для науки результаты как глубоко научные. Тем самым определив тот узкий круг людей, который действительно выдает конкурентоспособную науку, можно будет создавать им достойные условия для работы и личного существования и повышать эффективность нашей науки.

- Вы хотите сказать, что зарубежные научные журналы имеют огромное влияние на развитие мировой науки?

- Научные журналы за рубежом различаются по своей значимости или по рейтингу. Например, журналы Science, Nature, Cell имеют наибольшие рейтинги, соответственно, непросто быть опубликованным в таких журналах. Такой высокий рейтинг у них потому, что эти журналы наиболее читаемые в научном мире. У тех, кому удалось опубликоваться в них, проблем с получением грантов не возникает. Одна публикация в таких журналах может соответствовать сорока публикациям в менее значимых некоторых журналах. Статьи в этих журналах, по существу, определяют течения или тенденции современной науки, т.е. в каком направлении она будет дальше развиваться. Ученые за рубежом довольно строго подходят к публикации своих материалов. Значимость научных коллективов за рубежом определяется по их публикациям.

Наши ученые часто печатаются в журналах, которые известны только в Казахстане, в узком кругу. Если научные результаты печатаются в журналах, которые неизвестны широкому научному кругу, в том числе за рубежом, то о ценности такой работы говорить трудно. Если вашу работу кроме вас никто не читал, значит, полученные вами результаты никому не нужны и они перестают быть научным результатом. Отсюда следует, что если казахстанские ученые хотят быть узнаваемыми, они должны соревноваться за обладание своего места в науке с зарубежными коллективами и публиковать свои результаты в тех журналах, которые читаются мировым сообществом.

Другая не менее важная проблема - это повышение рейтинга казахстанских научных журналов, чтобы их читали не только в стране, но и за рубежом. Приложив соответствующие усилия, я думаю, возможно для начала выпустить один научный журнал с прицелом на зарубежного читателя. Наука, как вы знаете, общечеловеческая ценность, и она ценна именно тем, что делится своими успехами, чтобы ускорить свое развитие и общечеловеческое благополучие.

Хьюстон, США